Автор: Нина КРАМЕР
Под веселую турецкую музыку в минувшие выходные в Казахском драматическом театре имени С. Сейфуллина танцевали актеры, директор, художественный руководитель и художник. Кто-то из них исполнял роли в увлекательной комедии Азиза Несина «Убей меня, голубчик!», а кто-то вышел на поклон в манере, заданной в спектакле.
Комедия турецкого автора помещена в яркую веселую обертку, но имеет грустную начинку. Азиз Несин всегда выбирал в главные герои неудачников, сломленных судьбой и условиями несправедливого общества. Нельзя не пожалеть этого смешного человека, контролера газоснабжения, в исполнении Батырхана Бакежанова и директора театра Сансызбая Бекболатова в двух составах.
В его карманах и на протертых ботинках - сплошные дырки, и даже носки, как решето. С опаской он натягивает на себя генеральский мундир, подаренный в порыве страсти вдовой военачальника (Гульсара Рашкалиева, Асылзада Ахметкалиева). Видно, что даже мертвого генерала боится маленький человек, когда, услышав стук в дверь, торопливо стягивает его сапоги.
Главному герою предстоит побывать не только в шкуре генерала. Старушка-вдова приняла его за маньяка, о котором сообщали по радио: он только прикидывался контролером, а на самом деле нападал на женщин, обманом проникая в дом. Герой пьесы про того маньяка не слышал, поскольку денег нет на газеты, по той же причине и радио не имеет.
Одинокой старушке и ее соседке совсем не интересны эти обстоятельства. Мужья их давно умерли, а дети лишь иногда звонят по телефону. Одна из них отправляет сама себе любовные письма, а другая утешается фотографией артистки, которую выдает за себя в молодости.
Всего пару минут героиням требуется, чтобы сменить домашние шаровары на свои лучшие платья. Контролер ими введен в ранг Дона Жуана, таким они представляют себе маньяка, лишающего женщин чести. А то, что он их попутно душит, - тоже ерунда.
- Многие женщины заслуживают того, чтобы их задушили, - говорит генеральская вдова, обращаясь к своей подруге (Бижамал Кемалова, Шаяза Нукина).
- Одиночество сводит меня с ума, - признается она в другой сцене.
Художник спектакля передает обстановку замкнутого стариковского быта: стол, кровать и генеральский мундир на вешалке, до блеска вычищенные сапоги. А виды Стамбула остались на рубашках и полотенцах, которые повесили на веревке над сценой. Оформляя ее, художник Тамара Аккерт выбрала яркие жизнерадостные цвета. А какие костюмы были у старушек! Настоящие турецкие модницы, правда, середины прошлого века. Не беда, что в тексте они иногда повторяются - старческий склероз еще никто не отменял.
Хорошо вписался в компанию зрелых актеров Султан Серикулы, который в двух составах поработал за массовку и сыграл дополнительную роль Маски. Мим и открывает занавес, и закрывает его, манипулирует газовым ключом и танцует, как Таркан, во фраке и цилиндре.
Финал пьесы отдает черным юмором, он одновременно и весел, и печален. Тем не менее спектакль был хорошо принят зрителем, как и пьеса в целом. Актеры, режиссер и художник получили в награду заслуженные аплодисменты и цветы.
http://inkaraganda.kz/articles/144239